Бутовский полигон

в прошлом и настоящем

Незарастающими шрамами на земле Подмосковья остаются бывшие спецобъекты НКВД служившие в период массовых репрессий 30-х годов прошлого века местами внесудебных расправ, пыток, казней и захоронений.

Крупнейшее в Москве и Подмосковье из таких мест — Бутовский полигон или Бутовская спецзона НКВД расположено на земле бывшей старинной усадьбы Дрожжино, известной еще с XVI века. Последним хозяином ее был промышленник Иван Иванович Зимин, родной брат знаменитого Сергея Ивановича Зимина – владельца Московской частной оперы. На конном заводе Зиминых, носившем в 1920-е гг. имя Каменева, в качестве руководителя работал бывший управляющий имением, племянник недавнего его владельца – Иван Леонтьевич Зимин. Он жил здесь со своей женой – известной оперной певицей (впоследствии профессором Консерватории) С. И. Друзякиной. Деревянный двухэтажный дом – с резными карнизами и наличниками, с широкой лестницей и небольшой аллейкой из голубых елей перед ним стоял на территории будущей спецзоны.

Около 1934 г. земля усадьбы Дрожжино перешла во владение ОГПУ. Конное депо было закрыто, жители выселены. В середине 1930 гг. в преддверии массовых расстрелов Хозяйственное управление НКВД озаботилось приисканием мест для захоронений. Под Москвой таких объектов было выделено три: в районе поселка Бутово, на территории совхоза «Коммунарка» и вблизи г. Люберцы. (Эта третья зона держалась как резервная; она не была использована.) На территории Бутовской усадьбы на площади около 6 га оборудовали стрелковый полигон (общая площадь спецзоны была тогда более 2 кв. км). Местным жителям сообщили, что поблизости от их деревень будут производиться учебные стрельбы. После печально знаменитого  приказа Н. И. Ежова №00447 от 30 июля 1937 г. здесь начались массовые казни. Всего с 8 августа 1937 по 19 октября 1938 на полигоне  были уничтожены 20761 человек. Первый расстрел по этим приказам здесь произведен 8 августа 1937 г. В этот день были убиты 91 человек.

Поскольку казни осуществлялись по плану, определенному в «лимитах», то к расстрелам и захоронению останков чекисты применяли определенную технологию. Бутовский полигон как один из центральных объектов ХОЗУ НКВД был хорошо технически оснащен. 13 рвов для захоронения тех казненных были заранее вырыты экскаватором. Их глубина 4-4.5 м., ширина 4.5-5 м. Общая протяженность рвов – более 900 м.

Приговоренных к казни привозили из московских тюрем ночью, помещали в общий барак и проводили сверку по документам (категорически обязательным было наличие фотографии). Утром начинала свою «работу» расстрельная команда, приезжавшая из Москвы и размещавшаяся в специально для нее отведённом доме. Заключенных выводили небольшими партиями и расстреливали с близкого расстояния на краю рва. Тела сбрасывали в ров и, возможно, штабелировали (при раскопках были найдены резиновые перчатки).

Самые многочисленные расстрелы в Бутове пришлись на декабрь 1937 и на февраль 1938 г.: 8 декабря было расстреляно 474 человека, 17 февраля – 502 и 28 февраля – 562 человека. Среди жертв Бутова, по имеющимся документам, наибольшее число составляют москвичи, жители Подмосковья и соседних областей, входивших тогда целиком или частично в Московскую область. Но есть и немало представителей республик бывшего СССР, лица иностранного происхождения и подданства, единственная вина которых заключалась в “неподходящей” национальности или месте рождения. По численности после русских, преобладают латыши, поляки, немцы, евреи, украинцы, белорусы; есть представители Франции, США, Румынии, Венгрии, Австрии, Италии, Болгарии, Японии, Индии, Китая; всего же национальностей насчитывается свыше шестидесяти. Больше всего в Бутове погребено простых крестьян, часто малограмотных или совсем неграмотных. Порой их расстреливали целыми семьями – по пять-семь человек. Следующие по численности жертвы Бутова – рабочие и служащие всевозможных советских учреждений. Более трети от общего числа расстрелянных – заключенные Дмитлага, этого настоящего государства в государстве; состав дмилаговцев или, как их называли, “каналармейцев” – от ученых с мировой известностью, строителей, поэтов, священнослужителей, учителей – до не реабилитированных и не подлежащих реабилитации уголовников-рецидивистов.

В бутовских рвах лежат останки выдающихся государственных деятелей дореволюционной России: Председатель 2-й Государственной Думы Ф. А. Головин, московский губернатор, впоследствии шеф жандармов – В. Ф. Джунковский, его адъютант и друг – генерал В. С. Гадон, правнук Кутузова и одновременно родственник Тухачевского, профессор церковного пения М. Н. Хитрово-Крамской, правнучка Салтыкова-Щедрина Т. Н. Гладыревская; это также один из первых русских летчиков Н. Н. Данилевский и чех по национальности, член экспедиции О. Ю. Шмидта – Я. В. Брезин, представители русских дворянских родов: Ростопчиных, Тучковых, Гагариных, Шаховских, Оболенских, Бибиковых, Голицыных; это блестящие инженеры, это художники, чьи чудом спасенные произведения украшают ныне лучшие музеи и галереи мира – Александр Древин, Роман Семашкевич, другие художники: их тут – живописцев, графиков, декораторов, оформителей – свыше восьмидесяти. Среди расстреляных и  бедные грабари – возчики, доставлявшие камень и щебенку на стройки страны. Бывшие городовые или, как их еще называли, стражники – около сорока человек. Есть тут представители низших, средних и высших полицейских чинов, есть даже царский палач. Многочисленные сотрудники Китайско-Восточной железной дороги и просто родившиеся в Харбине или на территории обслуживания КВЖД; вкупе с родственниками. Особую группу расстрелянных в Бутове представляют инвалиды. Фактически, не способных к труду инвалидов (слепых, глухонемых, без рук или ног или просто тяжело больных) расстреливали в качестве «разгрузки» тюрем, поскольку их, осужденных, как правило, за попрошайничество или бродяжничество, отказывались принимать в лагерях.

В числе “контингентов, подлежащих репрессии”, в Приказе Ежова № 00447 особо выделены  “церковники”. В первую очередь – священнослужители, монашествующие и активные миряне Русской Православной Церкви, их выявлено в расстрельных списках Бутовского полигона более 940 человек.

В 1937 г. началось новое тотальное наступление на Церковь и верующих. В том году было закрыто 8 тысяч храмов, ликвидировано 70 епархий и викариатств, расстреляно около 60 архиереев. Семь из них были расстреляны на Бутовском полигоне. Это сщмч. Серафим (Чичагов) (прославлен на Архиерейском соборе 1997 г), это сщмчч., канонизированные на Юбилейном Архиерейском Соборе 2000 г.: Димитрий (Добросердов), Николай (Добронравов), Никита (Делекторский), сщмчч.: Иона (Лазарев), Аркадий (Остальский). Бутовский список пока еще неканонизированных священнослужителей возглавляет убиенный епископ Арсений (Жадановский). Всем, проходящим по церковным делам, предъявлялось стандартное обвинение по 58 статье УК: антисоветская агитация, контрреволюционная деятельность. Но поводы для обвинения могли быть самые разные, например: “сохранение церкви и насаждение тайного монашества”, “недоносительство” (“знал о беглом попе и не донес”), помощь ссыльным, приют бездомных священнослужителей, хранение иконки или молитвы. Среди расстрелянных священнослужителей много известных и глубоко почитаемых иереев: архимандрит Кронид (Любимов), последний 79-тилетний настоятель Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, принял мученическую кончину 10 декабря 1937 г.; десять человек, проходивших с ним по одному делу, были также расстреляны на Бутовском полигоне. В декабре, январе и феврале 1937-1938 гг. приняли смерть в Бутове 27 иеромонахов Троице-Сергиевой Лавры, незадолго до того вернувшихся из заключения; большинство из них были поставлены на приходы Загорского района архимандритом Кронидом. День кончины сщмч. Кронида и пострадавших с ним стал особо чтимым для монахов Троице-Сергиевой Лавры, которые в этот день посещают Бутово и совершают панихиду на месте казни у большого Поклонного Креста. В среде православных были широко известны и почитаемы имена прославленных ныне сщмчч. Сергия (Махаева) – священника Иверской общины на Б. Полянке, о. Зосимы (Трубачева), окормлявшего высланных в Малоярославец священников и монахинь и там же арестованного, о. Владимира (Медведюка). На сегодняшний день в числе пострадавших в Бутове прославлено 332 новомученика.

В 1962 году Бутовский полигон обнесли высоким деревянным забором. Территория эта строго охранялась до  1995 г. Однако уже в 1990 г. были найдены и рассекречены акты о приведении в исполнение приговоров по Москве и Московской области. Внутреннее расследование органов госбезопасности позволило установить, что 20761 человек были расстреляны  в Бутово. Родственники казнённых стали приезжать на это место скорби  и в  1993 г. здесь  при содействии Правительства Москвы был установлен первый мемориальный  знак. В той сложной экономической и политической ситуации, которая сложилась в стране в 90-е годы, ни государство, ни какая бы то ни было другая политическая сила не были готовы принять на себя ответственность за превращение места расстрелов в место памяти. Поэтому дальнейшая судьба этого «спецобъекта» была связана с инициативной общественной группой, сформировавшейся в 1993-1995 гг. преимущественно из родственников пострадавших. Уже в 1994 г. группой верующих по эскизу Д. М. Шаховского был сооружен Поклонный крест, тогда же в походном палаточном храме на территории полигона отслужили первую литургию. В 1995 г. земля Бутовского полигона была передана приходу строящегося храма Новомучеников и Исповедников Российских. Приходскую общину возглавил внук расстрелянного на Бутовском полигоне священномученика Владимира Амбарцумова – протоиерей Кирилл Каледа, в прошлом ученый геолог, сын известного ученого, тайного священника (с 1972 по 1990 гг.) и церковного писателя прот.  Глеба Каледы.  Трудами о. Кирилла и членов церковной общины развернулась работа по благоустройству территории массовых захоронений. По эскизу Д. М. Шаховского, чей отец также был расстрелян в Бутове, началось сооружение деревянного храма, в котором  уже в 1996 г. начались регулярные богослужения. В августе 1997 г. по благословению Святейшего Патриарха на небольшом участке полигона были произведены археологические раскопки. Был вскрыт участок погребального рва площадью 12,5 м2. На открытой поверхности захоронения были обнаружены останки 59 человек. Всего сейчас выявлено 13 рвов, общей протяженностью почти 900 метров. 9 августа 2001 г. постановлением Правительства Московской области «Бутовский полигон» был объявлен памятником истории и культуры местного значения. Вместе с охранными зонами общая площадь памятника истории составила около 3 кв. километров. В 2005-2006 годах произведено благоустройство территории и сделаны насыпи над погребальными рвами. Бутовский полигон призван стать историко-ландшафтным мемориальным комплексом, музеем под открытым небом, на его территории будет создан «Сад памяти», где будут увековечены имена всех пострадавших. Таким образом, Бутовский полигон превратился в уникальный церковно-общественный мемориал, имеющий общенациональное значение.

7 мая 2000 г., в четвертую субботу по Пасхе, на Бутовском полигоне состоялось первое богослужение под открытым небом, которое возглавил Патриарх Московский и всея Руси Алексий II. С тех пор эта ежегодная патриаршая литургия в день Собора Бутовских новомучеников стала важным событием в духовной жизни всей Русской Церкви.

После патриаршей службы  15 мая 2004 года патриархом Алексием и  главой Русской Зарубежной Церкви митрополитом  Лавром была произведена закладка нового каменного храма. Первый эскизный проект церкви принадлежит А. С. Тутунову. Архитектурный проект  храма разрабатывался  М. Ю. Кестлером, под эгидой фирмы «АРХРАМ», дед руководителя которой А. Н. Оболенского также расстрелян в Бутово.

Верхний храм,  освящен 19 мая 2007 года, через три дня после подписания акта о воссоединении Русской Зарубежной Церкви. Он посвящён прославлению подвига новомучеников, «Церкви Торжествующей». Если нижний храм символизирует Страстную седмицу, то верхний храм - Пасху. Патриарх Алексий благословил освятить центральный придел верхнего храма в честь Воскресения Христова. Правый придел освящён во имя Новомучеников и Исповедников Российских, левый - во имя святителя Тихона, патриарха Московского и всея Руси, как главы собора Новомучеников и Исповедников Российских.

В 2007 г. в семидесятилетнюю годовщину «ежовщины», был проведен уникальный крестный ход с Соловков в Бутово. Крестным ходом в Бутово был доставлен Большой поклонный крест, изготовленный в Соловецкой Кресторезной мастерской Г. Кожокаря, один из самых больших деревянных резных крестов в мире. В том же году Бутовский полигон посетил в День памяти жертв политических репрессий 30 октября президент России В. В. Путин.

В 2002 г. по инициативе прихожан храма и родственников пострадавших, по благословению Святейшего Патриарха, с целью координации усилий государственных, религиозных и общественных организаций по созданию мемориального комплекса был создан Мемориальный научно-просветительский центр «Бутово». Его главная уставная цель – «в  восстановлении исторической справедливости путем максимально возможного сохранения для будущих поколений духовных, научных и эстетических ценностей, созданных людьми, погибшими в годы массовых репрессий». Совместными усилиями Центра и Прихода создается Музей памяти пострадавших, для которого приходом было восставлено здание бывшей комендатуры Бутовской спецзоны НКВД.

В настоящее время также совместно с Приходом Мемориальный центр ведет работу по созданию Базы данных о пострадавших на Бутовском полигоне в 1937 – 1938 гг. В основу ее положены расстрельные списки НКВД, охватывающие имена 20761 человек, опубликованные в Книгах памяти «Бутовский полигон».  Постепенно вокруг этого списка объединяются разрозненные документы и свидетельства, анализ которых можно вести только при создании базы данных.

Можно констатировать, что памятник истории Бутовский полигон развивается как уникальный церковно-общественный мемориал, имеющий общенациональное значение и известный во всем мире.

Гарькавый И. В., Головкова Л. А.

Январь
19
Вторник

Даты расстрелов в январе